Ловчие птицы у киргизов - сокол, ястреб, кречет, беркут.

«Область представляет собой обширную равнину, прорезываемую в юго-восточной части отрогами Губерлинских и Мугоджарских гор. Горы эти не представляют собой непрерывного хребта, а состоят из ряда отдельных увалов, возвышенностей, покрытых кустарниками, с многочисленными долинами, в глубине которых шумно текст горные речки. Эти возвышенности оканчиваются покатостями, покрытыми высоким ковылем, а в некоторых местах чащами леса. На юге характер местности значительно изменяется здесь уже идет сплош­ная низменность, богатая бесплодными солонцами и сы­пучими песками. Из последних особенно замечательны по величине занимаемой площади – Большие и  Малые Бар­суки растительность в этой части чахлая и состоит почти исключительно из солянок и полыни, да и то успешно произрастающих  только по берегами рек и озер».

Я.Я. Полферов. «Охота в Тургайской области». 1896 г.

Особенности охоты с ловчими птицами.

Охота с ловчими птицами, если не считается первым и древнейшим способом добывания пернатой ди­чи, то во всяком, случае история ее начинается с глу­бокой старины - до начала христианства. Так, не без известный греческие историки Ктезий и Эмон, жившие за 400 лет до Рождества Христова, упоминают об охоте с хищными птицами у индийских жителей.
От последних эта охота проникла в Персию, а отсюда занесена и на Балканский полуостров. Первое упоминание о появлении у греков соколиной охоты мы находим у Аристотеля, который свидетельствует, что в царствование Александра Македонского фракийцы употребляли для охо­ты хищных птиц.
От фракийцев соколиную охоту за­имствовали, по словам Гена, кельты - самое древнее и самое охотничье европейское племя. Сидоний Апполинарий (430-489 г.г.) вскользь упоминает о соколиной охоте у римлян: «никто не был искуснее моего друга Векциуаса в обучении собак и соколов».
В эпоху великого переселения народов - IV и V веков охота с ловчими пти­цами получила распространено по всему европейскому ма­терику. В России охота с ловчими птицами занесена южны­ми славянами, а также вероятно заимствована oт по­ловцев и печенегов, на что имеются указания в древних былинах.
Но первые письменные источники о соколиной охоте мы находим только во времена Владимиpa Мономаха, который в своем завещании упоминает о соколах и ястребах». Ловчими птицами у киргизов являются: сокола, ястреба, кречет и беркут.
Главною заботою каждого охотника служит прежде всего поимка зтих хищников, а потом приручение и обучение. Первых трех птиц ловить очень просто. Выби­рается открытое, поросшее невысокой травой или мелким кустарником место, на котором натягивают не­большую четырехугольную сетку, прикрепленную к зем­ле четырьмя колышками.
Под сеткой к кустарнику, или к траве привязывают одну из мелких птиц, составляющих лакомое блюдо для пернатых хищников. Ястреб, сокол и кречет, заметив добычу, стремглав бросаются и запутываются в сети. Много труднее лов­ля беркута.
Добыть его молодым, когда он еще толь­ко начинает перелетать, весьма легко, но в неволе эта птица быстро хиреет и, не достигнув возмужалого воз­раста, погибает. Поэтому кочевники избегают приручения для охоты молодых беркутов, а стремятся пой­мать в возрасте одного, двух лет.
Для этого плетут из толстых шерстяных ниток круглую сеть, прочно укрепляют ее на нескольких кольях вблизи излюбленных беркутами мест и кладут под сетку убитого зайца или суслика. Но и тут часто случается, что сет­ка не выдерживает отчаянных усилий хищника-бога­тыря и не успеет птицелов, подскочить, как он с глухим криком поднимается в высь.
Первой и самой важной заботой охотника после поимки хищника является приручение последнего только к нему одному. С этою целью все попечения о птице он всецело принимаете на себя, кормит из своих рук, не допускает любопытных, и, подавая пищу, постоянно твердит какую-нибудь кличку.
Пища в первую неде­лю исключительно состоит из тщательно вымоченного в продолжении суток в горячей воде мяса, по возможности лишенного жира. От этого мясо принимает, совершенно белый цвете и вид какого-то волоки; теряя лучшие питательные вещества.
С каждым, днем порция та­кой пищи урезывается и доходите наконец, до 2 золотников. После этого птице силою начинают давать соль в количестве 1-3 золотников, чтобы вы­звать рвоту. Наступает, полное истощение и хищник, мучимый голодом, готова, растерзать даже своего хозяи­на, чтобы хотя немного утолить страшные муки голода, но легкие удары по клюву и грозный окрик властелина удерживают невольника на месте.
Доведенная таким образом. до исступления, птица пробуется в поле. На голову хищника надевается кожаный колпачок, закрывающей глаза, чтобы устра­нить его порывы при виде, первой-же птицы и не вы­зывать напрасно еще больших мучений голода.
При помощи привязанного к. седлу барабана спугивается дичь, колпачок тотчас снимается и хищник быстро подбра­сывается вверх. С остервенением бросается он на дичь, мгновенно убиваете ее и готовится уже насладиться вкусным мясом дичины, но подоспевший охотник, бесцеремонно отрываете его от добычи, приторачивает по­следнюю к седлу, а ловцу дает кусочек мозга убитой птицы и снова продолжает путь.
Каким вкусным. лакомым оно кажется хищнику, изморившемуся на без­вкусном, противном, мясе! Быстро проглатывает он мозг, ждет еще, но дичь давно второчена, а аппетит лишь только раздразнен. Но вот новая дичь и хищник с прежним остервенением берет ее.
Этого первого урока в поле достаточно вполне, что­бы ловчая птица примирилась с своею подневольного участью.

Охота с соколом в Тургайской области. 

Любимою ловчего птицею у киргиза является сокол, так как он скорее привыкает, удачнее берет мел­кую дичь и проворен, на полете. Осторожно подъезжает охотник-киргиз к бли­жайшему среди зеленых зарослей камыша плесу степной речки, или озеру и, поднявшись на стременах, вни­мательно высматриваешь дичь.
Лишь только он заметить последнюю, как ударяет в барабан и снимает с головы сокола колпачек. Всполошилось пернатое царство, закрякало. зашумело и неохотно поднялось с пле­са. Охотник быстро равняется на своем аргамаке со стаей и ловко подбрасывает сокола вверх.
Точно стре­ла взвивается последний и наметив. себе, жертву быст­ро начинает описывать над нею круг, со свистом разоткал воздух своими красивыми длинными крыльями. Наступает момент самых разнообразных сильных ощущений, которым поддается в это время охотник- киргиз.
Чудится в нем богатырская мощь, сознанное могущество, открытый вызов на борьбу и вместе с тем жалкий страх испуганной птицы, ее наивные ухищрения избежать удара. Сокол постепенно начинаешь сокращать диаметр своих воздушных кругов, поднимаясь все выше и выше.
Намеченная хищником птица все это время точно оча­рованная. не можешь вырваться из этих заколдованных кругов, не в силах спуститься в камыш и спрятаться в его эарослях - какая-то неведомая сила удерживает ее на взлете и отдает в игру сильному врагу.
Наконец, сокол парит уже в туманной выси, превращается в точку и исчезает в облаках, но это на миг. Точно молния бросается он вниз прямо на жертву, которая в этот момент как будто замерла, нерв­но трепетая крыльями, бьет ее своею могучею грудью и сильными когтями.
С жалобным криком падает пораженная птица, а сокол, издав глухой победный звук, садится на нее и, прокусив шею своим единственным зубом, прекращает конвульсивный движения своей жертвы. Сокол пускается исключительно на мелкую дичь - уток, казару, куликов, куропаток; крупную же дичь он редко берет удачно и скоро устает от своих полетов и от ударов грудью.
Последнее нередко конча­ются переломами ключицы, особенно если сокол ударить в крепкокостную дрофу.

Охота с ястребом в Тургайской области.

Ястреб, хотя и не так, проворен на полете; как сокол, но за то хорошо берет крупную дичь, особенно дрофу. Заметив семью дроф, охотник осторожно и дале­ко стороною подъезжает к ней. Но чуткая птица дав­но замечает его маневр и тревожно поворачивает длинную шею.
Как только расстояние между охотником и дичью сократится до 200-300 шагов, первый сразу пускает своего коня в карьер и не успеют ошелом­ленные птицы подняться, как к ним стрелой несет­ся брошенный на скаку ястреб. Глубоко в грудь вонзает хищник свои острый когти, рвет нужную кожу, а клювом наносит в голову удары.
Распластав крылья, дрофа падает на землю. пристает и тупо поводит глазами, не делая ни малейшей попытки к спасенью. Ястреб тотчас-же опускается на жертву и новым уда­ром прекращает еще таившуюся в ней жизнь.

Охота с кречетом в Тургайской области.

Охота с кречетом, еще более редкое явление в степени чем только, что описанная охота с соколом и ястребом. Причиной этому служит главным образом, крайне малое распространение этого вида ястреба, а от­сюда и страшная дороговизна его (150 -200 руб.).
Но вместе с тем кречет, единственная ловчая птица, ко­торая может брать степного гуся - эту любимую и цен­ную дичь. С тревожным сердитым гоготаньем, летит, под­нятый гусь и зорко следит за скачущим охотником, Вот он взмахнул гибкими крыльями, описал дугу но с (свистом летит к нему стальной красавец, и готовит свои смертоносные когти.
Но и гусь не дремлет. Лишь только кречет настигает его, готов, уже броситься, он, быстра изменяет, полет, под острым углом и больно ударяет жестким крылом по про­махнувшемуся хищнику. Остервенился кречет. Взмах­нул раз-другой своими короткими крыльями, вытянул, вперед когти и вмиг, нагоняет, гуся.
Последний снова пробует, повторить прежний маневр, но и кречет, научен, своим первым промахом - в момент поворота гуся он, как молния делает противоположный направлении гуся изгиб, и прямо в грудь вонзает свои когти. Летят по воздуху пух, перья и враги, точно камень, падают на землю.
С криком бьет крыльями раненный гусь, больно щиплет кречета своим крепким носом с злым урчанием рвет хищник грудь жертвы. Благодаря такому энергичному отпору гуся нередки случаи увечья последних молодых еще неопытных ловчих птиц, особенно ястреба и сокола.
Поэтому киргизы-охотники никогда не пускают этих ловчих птиц на гуся, только кречет берет последнего, да и то иногда дорого обходится ему победа. Не раз приходилось видеть кречетов с вывихнутыми ког­тями, ушибленным крылом, помятою грудью с много­численными синяками по телу от жгучих щипков гу­ся.
Опытный охотник, никогда не пустит кречета в одну охоту на нескольких гусей - один, самое большее, два берутся им, так как на эту борьбу тратится хищником громадный запас сил энергии.

Охота с беркутом в Тургайской области.

Охоту с беркутом только и можно встретить у киргиз, кочующих в юго-восточной гористой местности Тургайской области, а особенно развита она у так называемых, «дикокаменных» киргиз, населяющих, от­роги ала-тауских гор. При этом охота с беркутом в этой местности носит уже характер промысла, дающего довольно видное подспорье к скудному бюджету кочевника.
Охотятся с беркутом на лисицу, корсака, зайца, хорька и горностая. Последних трех хищник берет, без труда и в удачный день охотник едва успевает вторачивать этих зверьков. Совершенно иначе обстоит, дело с охотой на лисицу и корсака.
Прежде всего эти животным крайне хитрые, осторожные, а когда нет им спасенья - злы, жестоки, отчаянны и бывают, опасны для самого охотника. Охота с беркутом никогда не бывает, одиночной, а собирается целая кавалькада охотников с eгерями и загонщиками.
Оценив небольшое ущелье, или долину, в которой замечено присутствие лисиц, или корсаков, охотники занимают более удобный для наблюдения места, а загонщики рассыпаются по долине. Не долго при­ходится ждать - потревоженные звери выбегают на от­крытое место и пугаемые загонщиками близко подходят к притаившимся на холмах охотникам.
В это время беркутом начинает овладевать беспокойство - то он вытянет свою шею и внимательно вслушивается в от­даленный шум загонщиков, то, скосив глаза, смотрит вниз и нервно подергивает крыльями. Охотник внимательно следит за всеми движениями беркута, зорко всматривается по тому направленно, куда устремляет, свой острый взор хищник.
По этим движениям он не только судит о присутствии в обложенной долине зверя, но и о близости его. Вот беркут, присел на руки охотника, слегка распустил богатырские крылья и чуть-чуть зашевелил клювом - у подножья холма тихо пробирается зверь, надеясь обмануть бдительность птицы.
Охотник спускает с руки беркута и сам бросается в след за ним. Шарахнулся зверь, завертелся по до­лине, описывая зигзаги, но беркут не поддается на об­ман и, улучив удобный момент, стрелой бросается на зверя, вонзает когти одной ноги в глаз, другой в бок и начинает наносить страшные удары по голове и шее.
Завязывается отчаянная борьба, но удачная хватка беркута не позволяет, зверю сбросить его, а подоспевший охотник ударом толстой нагайки на смерть валит зверя. Но такая охота редко проходит даром киргизу-охотнику. Кинув беркута, киргиз, в приливе охотничьего задора, не видя света, мчится за ним, полным карьером по карнизу скалы, скачет через овраг, че­рез кустарник в пропасть, припадая к гриве коня, лепится по крутизне, опять бешено несется, наскакивая по дороге, на острые ребра скалы, пропарывает, или живот лошади или калечит ей ноги, разбивается сам вылезая из седла на полном ходу, падает в растяж­ку на плитняк, теряет сознание.
Иногда смелый беркут налетает на волка, бьет его по голове, выцарапывает глаза и совсем не дает ходу, так что подоспевший охотник свободно убивает этого хищника.
Охота с ястребом, соколом и кречетом начина­ется с половины октября, когда пернатые часто соби­раются в стайки, готовясь в далекий путь, и продол­жается до первого снега. С беркутом-же начинают охотиться по снегу, приблизительно с конца ноября и продолжают, до февраля, если только позволяет глуби­на снега.
У киргизов, кочующих в юго-восточной части об­ласти и по южным плавням характер, охоты с ловчими птицами носит несколько иной оттенок. Здесь мы наталкиваемся на способ охоты, который имел ког­да то сильное распространение среди русских, степных, охотников, а именно - охота с ловчими птицами из-под собак.
Во время приручения сокола и ястреба охот­ник заботится сблизить этих хищников с охотничь­ими собаками, с каковою целью он держит их в постоянном сообществе с последними, время от вре­мени садит на спину. Быстро свыкаются птицы с со­баками и при первой же пробе вполне дружно и смело берут зайца, лисицу, волка и пернатую дичь.
Для охот­ничьей собаки отыскать и спугнуть дичь, а ловчей пти­це - больших зверей, как лисицу и волка задержат, а пернатую дичь - убить. От подсокольей собаки тре­буется короткий поиск, при котором она далеко не уходит от охотника, а также эта собака не должна бросаться в след спугнутой дичи, кроме, конечно, лисиц и волков, иначе только будете мешать ловчей пти­це.
Охота с ловчими птицами при помощи собак всег­да бывает обильна удачей и вся пройденная охотника­ми местность буквально очищается от дичи. У киргиз-же, кочующих вблизи плавней и озер, покрытых густыми зарослями камыша, собак заменяют каюки (лодки примитивного устройства).
Киргизы с ловчими птицами в руках располагаются вокруг какого-нибудь плеса, а загонщики садятся в лодки и начинаюсь бить в бубны, шуметь, свистать и таким образом поднимают с воды всю дичь, которую и подбирают соколы, ястребы и кречеты.

Источник:
Я.Я. Полферов. «Охота в Тургайской области» (с рисунками). Издание Тургайского статистического комитета. Оренбург. Типо-литография Н. Н. Жаринова. 1896 г.