Туры по пустыням Туркменистана.

 «Кто не защищает отважно оружием своего водоема, у того он будет разрушен»

Арабская пословица.

Поездка из Ашгабада в Бухару.

О колодцах и водоемах в пустыне можно написать захва­тывающе интересную повесть.

Сколько труда, смекалки, уме­ния приложил в течение тысячелетий житель пустыни, что­бы обеспечить себя и своих животных водой! Колодцы здесь разные: мелкие и очень глубокие, они дают соленую, соло­новатую или пресную воду; их стены крепятся камнем, плетенкой, ветвями растений или остаются голыми без крепления там, где твердые неосыпающиеся породы позво­ляют это.
Жители песков прекрасно разбираются и в пита­нии колодцев грунтовыми водами. В языке кочевников Са­хары, например, существует 20 слов, которыми они обозна­чают разные типы колодцев. В путешествиях по Туранской равнине, а позже в Гоби, в Джунгарской пустыне мне приходилось многократно ви­деть колодцы, водохранилища, кяризы - водособирающие галереи.
Вот некоторые наблюдения.
Грязный, серый песок, почти весь покрытый овечьим по­метом, голый песок, лишенный растительности, - верные признаки, что колодец близко. Тропа исчезает под следами животных, шедших на водопой. Центральные Каракумы. Колодец Тезекааан (новый ко­тел).
Кругом скелеты верблюдов. Десять скелетов. Закинув головы, изогнув длинные шеи, вытянув ноги, эти животные умерли во время жарких каракумских дней от жажды. Брошенные басмачами во время бегства верблюды броди­ли по пустыне, подходили к колодцам и ждали, когда их напоят.
Медленно тянулись один за другим тяжелые томи­тельные дни. Пустыня молчала. Тишину нарушали только птицы да мухи, назойливо жужжащие у глаз животных. Силы истощались. Верблюды уже сидели, поджав под туло­вище ноги, и грустными черными слезящимися глазами гля­дели в темноту глубокого колодца.
Человек ие шел, вода была где-то внизу, чувствовался ее запах, и, жадно втягивая этот запах, животные умирали от жажды. Вились над колодцем смерти орлы да вороны, собирались волки, лисицы и подбирали куски прожорливые и трусли­вые шакалы.
Мрачно белеют скелеты верблюдов на сером, грязном при колодезном песке. При чистке одного мелкого колодца мы вытащили вол­ка, который, видимо соблазнившись незначительной глуби­ной колодца, прыгнул туда, чтобы напиться, но выкараб­каться не смог и погиб.
Колодцы. Удивительно мастерство строителей этих замечательных сооружений пустыни при кустарных способах работы. Стены почти всех колодцев обычно крепятся камнем, кирпичом, деревом, и строятся они специальными мастера­ми колодезного строительного искусства.
В Юго-Восточных Каракумах, в предгорьях Парапамиза, есть колодцы глубиной больше 200 метров. Трудно пред­ставить себе эту глубину. Сколько времени нужно для того, чтобы из такого колодца вытащить одно ведро воды, и сколько же стоит это ведро воды?
Пресная вода в пустыне, что золото. В Каракумах вода есть, но грунтовый поток здесь почти всегда соленый или солоноватый. Правда, встречаются районы, где соленые воды сменяются пресными, например в Приамударьинсккх Каракумах, в низовьях Теджена и Мургаба, там, где речные воды, просачиваясь в рыхлые грунты песчаных пустынь, образуют запасы пресных под­земных вод, которые по мере удаления от рек постепенно осолоняются.
Все же и в Центральных Каракумах есть пресные колод­цы. Их туркмены называют чирле-кую, то есть наливной колодец. Эти колодцы совсем особенные. Среди песков, в самом низком месте, на больших плотных глинистых площадках - такырах туркмены роют колодец.
На глубине 10 - 20 метров появляется вода, как всегда, со­леная. Но это не смущает строителей. По глинистой пло­щадке - такыре они роют канавки - неглубокие, чтобы не прокопать верхний глинистый горизонт. Канавки эти под­водят к колодцам.
Во время весенних дождей на глинистом такыре скапливается много воды. Глина не пропускает воду на глубину, и по канавкам она устремляется в колодец, на­полняя его. Пресная дождевая вода долго не смешивается с нижележащей соленой в силу разности их удельных ве­сов.
Наверху, в водопроницаемых грунтах, располагается линза пресной воды, внизу - скатерть соленой. Если осто­рожно, понемногу пользоваться колодцем, то в течение все­го года можно иметь пресную воду. Солоноватая вода замерзает медленнее пресной. Колодцы в Каракумах сравнительно глубоки.
Зима хотя и суровая, но короткая и сопровождается оттепелями, поэтому колод­цы в Туркмении, как правило, не промерзают. В Казахста­не зима суровее. В Монголии же зима жестокая, с морозами до 40 - 50 градусов, без оттепелей н очень долгая.
В пусты­не Гоби я видел пресные мелкие колодцы, до воды рукой подать: один-два метра. Из таких колодцев монголы выта­скивали воду кожаными ведрами, привязанными не к ве­ревке, а к палке. Так удобнее. Кожаное ведро зачерпнет воду и в колодце с очень небольшим слоем воды, да к тому же емкость такого кожаного ведра раза в два-три больше чем железного.
Туркмены, каракалпаки, казахи также предпочитают кожаные ведра - «коу», или «хови». Гобийские неглубокие колодцы зимой промерзают до дна. Часто промерзает и грунтовый поток, питающий их. Тогда монголы откалывают лед и плавят его в котлах, добывая таким образом воду для личных надобностей.
Скот же, поедая вместе с травой снег, довольствуется им. Нередко можно видеть, как монголы утепляют колодцы. Они устраивают в их устье срубы с плотно закрывающейся крышкой. Сруб обивают войлоком и подсыпают к нему землю или песок.
Такой колодец дает воду в течение всей зимы. На некоторых такырах жители пустынь устраивают ямы, копани, к которым также подводятся канавки. Это хаки - ямы для хранения дождевых вод. Но в таких ханах вода бывает только весной.
Есть хаки, мощеные камнями и окруженные глиняными стенами. Более сложное и дорогое сооружение - сардоба. Это хранилище дождевых вод, сложен­ное из камня, имеющее высокие стены и крышу. В хорошей сардоба вода сохраняется в течение всего года.
Сардобы капитальные водохранилища, их строили, как правило, на больших караванных дорогах с оживленным грузооборотом. Хорезмская археолого-этнографическая экспедиция под руководством известного советского ученого С. П. Толстова в верхней части долины Уэбоя откопала средневековую сардобу Талайхан-Ата, которая собирала дождевую воду с рас­положенного рядом такыра.
Водоем имел большую глубину, но со временем сильно заилился. И эта сардоба лежала на караванной дороге. Здесь был и караван-сарай. Мне приходилось встречать перевод названия «сардоба» - «купеческая, торговая вода».
Но вероятнее всего, слово «сар­доба» проще перевести как «холодная вода» («сард» по-таджикски - «холодный»). В подземном хранилище даже в самое знойное лето вода всегда холодная. Сооружение, по­добное сардобе, я видел только один раз.
Это дашхак - мо­нументальное сооружение на Унгузе в Туркменских Кара­кумах. «Дашхак» по-туркменски - «каменное водохранили­ще». Идеально круглой формы, метров 25 в диаметре, оно производило впечатление глухой крепости.
Дашхак не имел крыши, поэтому его полностью нельзя считать сардобой. В Афганистане и Иране есть еще один тип водохранили­ща - обамбар. Это водяной подвал, подземный крытый во­доем, который наполняется или дождевой водой, или вре­менно действующими ручьями, речками.
Обамбар хорошо сохраняет воду, если его стены и дно сделаны из водонепроницаемого материала. Происхождение названия «обам­бар» очень интересно. На многих иранских языках «об» оз­начает - «вода», «амбар» - слово, хорошо нам известное,- «склад», «кладовка», «хранилище». Но в старину оно имело другой смысл.
На старославянском языке «омбор» - сосуд , для воды (сравним греческое «амфора»). Во время путешествий мне не пришлось видеть обамбаров, но я много слышал о них от своих друзей-географов, путешествовавших в Иране и Афганистане.
Один из них видел в Иране своеобразный обамбар, питание которого осуществ­лялось не поверхностными водами, как у хака, сардобы или обыкновенного обамбара, а подземным грунтовым потоком. В принципе это был колодец, прорытый до уровня грунто­вых вод, но имевший громадный диаметр и крышу.
В такой обамбар спускаются по аккуратно сделанной широкой ка­менной лестнице. В сухих горах Туркмении, Азербайджана, Ирана, Восточ­ного Туркестана, Афганистана и Северной Африки можно увидеть замечательное сооружение - кяриз.
Это подземная водосборная галерея. Сколько терпения, труда и выдумки нужно иметь кяризных дел мастерам, чтобы построить кя­риз. Кяризы достигают нескольких километров в длину. Га­лереи строятся по направлению грунтового потока.
Кяриз вскрывает такой поток, поэтому в нем скапливается вода, текущая ручьем по его дну. Мощность ручья может быть очень разная в зависимости от длины кяриза и мощности питающего его водоносного горизонта. В предгорьях Копетдага я впервые познакомился с кяри­зом и лазил в него.
В кяризе сыро, прохладно и темно; там неумолчно журчит ручей и слышны звуки падающих ка­пель воды. Трудно идти по кяризу: теснота заставляет сги­баться или ползти на коленях. Кажется, вот-вот - и будет невозможно протиснуться дальше меж двух выступов в сте­нах, сужающих проход.
Но это опасение напрасно. Вскоре становится светлее, откуда-то льется рассеянный дневной свет. Смотрю вверх и свободно выпрямляюсь во весь рост. Это шахта, через которую строители кяриза поднимали на земную поверхность горную породу.
Невольно приходит в голову сравнение с шахтами метро, только масштабы раз­ные. Лезу дальше, сгибаясь в три погибели. В таком поло­жении, скорчившись, часами, сутками, месяцами должны были работать кяризных дел мастера!
Какими инструмен­тами работали они? В кяризе нет места, чтобы размахнуть­ся заступом или захватить землю и камень лопатой. Неда­ром специальность строителей кяризов считается одной из важных и ответственных. Все эти источники воды - источники жизни.
Их задача - напоить человека, напоить домашних животных, а у кяри­за - оросить посевы хлопчатника, виноградники, сады. Издавна велась борьба за родники, за колодцы. Битва за воду, за овладение колодцем в пустыне самая тяжелая.
Арабская пословица говорит: «Кто не защищает отважно оружием своего водоема, у того он будет разрушен». Колодцы всегда привлекали внимание человека; много заботы, труда и мысли вложил народ в строительство колодцев, хаков, сардоб, обамбаров, кяризов.
Разве не талантливо разрешен вопрос о сборе и хранении воды в колодцах чирле? Надо отдать должное народной инженерной выдумке, кото­рая смогла использовать грунтовые соленые воды как водо­упорный слой для пресной.
Много колодцев роют в пустынях и теперь. Но в колодцах запасы воды слишком малы, чтобы обеспечить орошение и развитие земледелия в пустынях. Поэтому в по­мощь колодцам человек строит гигантские водохранилища на горных реках, проводит каналы, орошает вчера еще пу­стынные территории, сегодня зацветающие веселыми кра­сками культурных растений.
Человек побеждает природу, а побеждая, переделывает ее. Это большой труд, но вместе с тем большая радость торжества человека над природой.

Источник:
«Годы исканий в Азии». Мурзаев Эдуард Макарович.

Фотографии:
Александра Петрова.