Вы здесь

Главная » Акмолинской области памятники. Туры по мавзолеям Акмолинской области.

Музей АЛЖИР.

Туристские маршруты в Центральной Азии. 

«Кого только не собрал лагерь – здесь находились и артистки, и ученые, и инженеры, и преподаватели. Лошадьми с ассенизационными бочками поначалу управляли дамы в шляпах. Шляпы потом поистрепались, и все приобрели лагерный вид»

Михаил Зельцер. 2002 г. Алматы. «Жети жаргы» (Страницы трагических судеб).

Однодневный экскурсионный тур по Астане.

«АЛЖИР» расположен всего в 40 километрах от столицы Казахстана Астаны (прежние названия - Акмола, Целиноград). Поэтому многие туристы заезжают сюда, чтобы почтить память репрессированных женщин, узнать об их «Голгофу» во времена сталинизма и понять, что подобное не должно повториться снова.
Климат казахской степи очень суров, -  летом жара достигает 40 градусов, тучи комаров, а зимой - морозы до 40 градусов. И целый год не утихают степные ветры. Зимой - со снегом, летом - с песком.
Резкие изменения климата не выдерживает даже строительный раствор, зато через это должны пройти матери, жены, сестры и дети «врагов народа».   Первых осужденных сюда привезли этапами в вагонах-«теплушках» в начале января 1938 года.
В сильные морозы женщины собственноручно строили саманные бараки, устанавливали нары, а матрацами служила солома. Новоприбывшие строили бараки для следующих этапов. Тогда территория лагеря представляла собой 30 гектаров земли, обнесенная двумя рядами колючей проволоки, с вышками охраны по периметру.
Сейчас на территории мемориала также стоит вышка охраны. А еще наглядным экспонатом является «теплушка» - именно в таких вагонах могли перевозить до 70 репрессированных, а их путь в Казахстан мог длиться до двух месяцев!
На территории лагеря было озеро, поросшее камышом. Тростник использовали на строительстве летом, а первые годы зимой только им топили свои бараки. Работники мемориала рассказывают, что часто женщинам приходилось чуть ли не по пояс в холодной воде резать тростник, чтобы…согреться потом.
Но камыш давал так мало тепла, что температура в бараках не превышала восьми градусов! Когда открылся Акмолинский лагерь жен изменников родины, в его названии не было кавычек. Именно так слово «изменники» теперь написано на вывеске у Аллеи Жертв Репрессий в поселке Акмол близ Астаны.
Вначале здесь была так называемая «26-я точка». На ее базе в январе 1938 года появился Акмолинский лагерь жен «изменников» родины. Он относился к Акмолинскому спецотделению Карлага НКВД (Карагандинского лагеря НКВД).
Узницы лагеря назвали его коротко: АЛЖИР. В этом лагере волей Сталина оказались около восьми брошенных в жернова репрессий 1930-х годов. Потом лагерь превратился в многопрофильное хозяйство с крупным сельскохозяйственным производством, мастерскими, швейной фабрикой.
После закрытия лагеря в 1953 году поселок стал называться Малиновкой, а теперь – Акмол по историческому названию местности. Отстраивали и обустраивали это место сами узницы. Бараки, столовая, фермы для скота, водокачка, зернохранилище, мастерские – всё это было построено руками заключенных женщин.
В основном это были представители интеллигенции, не привыкшие к тяжелой работе. Их заставляли собирать камыш, рыть арыки и высаживать сады. Много было посажено малины, так и появилось прежнее название поселка Малиновка.
От этих садов и огородов ничего не осталось. А когда-то женщины берегли их ценой собственной жизни. Бывшая узница лагеря Минтай Даукенова рассказывала нынешним местным жителям, что, когда они посадили 600 яблоневых саженцев, зайцы начали грызть их кору, поскольку зима выдалась суровой и есть им было нечего.
Руководство лагеря тогда распорядилось, что если пропадет хоть один саженец, то начнут расстреливать заключенных. Женщины решили делиться хлебом с зайцами. Возле каждого саженца они оставляли кусочки хлеба.
Зайцы поднимали эти крошки, не трогая кору высаженных деревьев. К весне яблоневый сад был сохранен. На его месте стоит теперь музейно-мемориальный комплекс «АЛЖИР». «Пастухи под кустиками клали то хлеб, то мясо и делали знаки женщинам, что там и там-то что-то лежит.
Узницы АЛЖИРа были очень благодарны местным казахам. Все лагеря плохие, но именно в казахстанских выживали многие. О том, сколько выжило, точных данных в музее нет. Заключенные женщины умирали только в начале существования лагеря в 1938 – 1939 годах.
В первые годы слабые умирали. В основном же интеллигенция сидела. Кроме карандаша и ручки, не держали в руках, а здесь должны были копать, камыш собирать и на тракторе работать. В Акмолинском лагере сидела Рахиль Плисецкая, мама известной русской балерины Майи Плисецкой.
Ее осудили на восемь лет. Первоначально Рахиль Плисецкая была заключена в Бутырскую тюрьму, а после приговора как жена «врага народа» этапирована в Акмолинский лагерь жён «изменников» родины, куда она приехала с сыном Азарием.
В АЛЖИРе Рахиль Плисецкая сидела недолго. В результате прошений и хлопот родных через некоторое время ее перевели на вольное поселение в Шымкент. Михаил Зельцер, сын другой заключенной, Брайны Лурье, мать которого находилась в лагере вместе с Рахиль Плисецкой, наиболее полно описывает контингент заключенных в своем рассказе в изданной в 2002 году алматинским издательством «Жети жаргы» книге «Страницы трагических судеб»:
«Кого только не собрал лагерь – здесь находились и артистки, и ученые, и инженеры, и преподаватели. Лошадьми с ассенизационными бочками поначалу управляли дамы в шляпах. Шляпы потом поистрепались, и все приобрели лагерный вид».
90 процентов заключенных было высшее образование. «Среди нас были ленинградская профессура, почти вся труппа.  На территории бывшего Акмолинского лагеря жен «изменников» родины стоит большой поселок Акмол с четырех-пятиэтажными панельными домами, универмагом, клубом.
Поселок окружают большие тополя, посаженные заключенными. От лагерной инфраструктуры мало что сохранилось: заброшенный, разваливающийся барак саманного типа; баня, в которой находится сейчас электростанция, а также здание проходной – где проверяли заключенных.
Его потом достроили, и теперь это частный дом. «В спальном бараке, где одновременно прозябало 360 человек, воздух был спертый. Женщины, чтобы выжить, собирали по помойкам кочерыжки и варили себе похлебку в котелочках в топках, вонь стояла на весь барак.
Конвоир, приводивший нас к месту, гнушался заходить внутрь из-за запаха, обычно он просил кого-нибудь из дежурных старушек пересчитать заключенных. Наши дамы шутили: „Стерегут нас как золото, а ценят как г...“» – пишет в своих воспоминаниях бывшая узница Мария Даниленко.
В бараках после закрытия Акмолинского лагеря жен «изменников» родины продолжали жить его бывшие узники, а потом здесь разместились спецпереселенцы и первоцелинники. Некоторые заключенные остались и создали здесь новую жизнь.
В самом музее вам обязательно покажут фильм о «АЛЖИР», при просмотре которого некоторые мужчины не могут сдержать слез. Главная архитектурная идея комплекса тоже впечатляет: из металла сделана большая сооружение, символизирующее национальные головные уборы - женский и мужской.
… На территории комплекса много мемориальных плит с фамилиями женщин, отбывавших здесь наказание. Многие национальностей со всего СССР, есть и полячки, словачки, китаянки … Многие находят здесь и свою фамилию, фамилию не обязательно своей дальней родственницы.
Польша, Россия, Израиль и другие государства установили здесь памятные камни в честь своих соотечественниц. означает «члены семей изменников Родины»). Речь идет преимущественно о членах семей советской элиты.
На месте бывшего лагеря по инициативе Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева четыре года назад создан Музейно-мемориальный комплекс жертв политических репрессий «АЛЖИР». Во время официального открытия комплекса 31 мая 2007 лидер Казахстана лично выступал перед приглашенными сюда из многих стран СНГ бывшими заключенными женщинами «АЛЖИР».
Возвел мемориал заслуженный архитектор Казахстана Сакен Наринов. Казахи из соседнего аула не имели права помогать осужденным. Однажды дети из аула на радость охране начали бросать в женщин камешки через колючую проволоку.
Так продолжалось несколько дней подряд: женщины старались не обращать внимания на маленьких назойливых казахов, а те бросали камни с еще большим пылом. Наконец одна из женщин подобрала камень и внимательно его разглядела.
Оказалось, что это не камень, а курт! Так казахи называют высушенный продукт из простокваши овцы или верблюда! Курт имеет характерный серый цвет и является одним из традиционных продуктов кочевников и скотоводов.
После этого женщины с благодарностью подбирали каждый такой «камень»!».

О, Господи, да это ведь не камень.
От него так пахнет молоком.
И в душе затрепетал надежды пламень,
А в горле встал ком.
Так вот что придумали старики!
Вот за что женщины детьми рисковали!
Они нас от болезни берегли,
Они нас от безверия спасали.
Они поняли, что мы не враги,
А просто несчастные женщины.
И чем смогли – помогли,
Поразив нас своей человечностью.
Я молча поползла по льду,
Собирая драгоценные камни.
Теперь я отвратила от них беду,
Спасая их от охраны.
А ночью в холоднейшем бараке,
На оскверненной палачами земле,
Я, немка, молилась мусульманскому богу,
Да ничего не просила себе.
Я просила старикам здоровья,
Женщинам-матерям – счастья.
Особенно я молилась за детей,
Чтобы они не видели несчастья.
Я прошла все круги ада,
Потеряла веру и друзей,
Но одно я знаю,
Что только так и надо воспитывать детей.

Источники:
По материалам республиканских газет.

Фотографии
Сергея Алексеенок.