Вы здесь

Главная » Мангистауской области памятники. Культурное наследие Казахстана.

Ханга-баба.

Туры по историческим достопримечательностям Мангистау. 

«Тот, кто громко читает молитву в надежде, что она будет услышана лучше, принадлежит к маловерам»

Поездка в ущелье Ханга-баба на Мангистау.

Так названо ущелье в 30 верстах от Ново­петровского укрепления. Это ущелье от других отличается тем, что в нем росли тутовые деревья. Несколько стволов, правда, засохших, но крупных по размеру, свидетельствуют о том, что при заботливом уходе здесь могла бы произрастать растительность.
По соседству с этими вековыми деревьями находятся развалины домика Ханга-Баба, имя которого присвоено всему урочищу. Домик построен из камня, в нем больше десяти маленьких комнат.
Самая большая распо­ложена в центре и имеет форму круга, впритык к стенам которого расставлены тонкие колонны. В стенах есть нечто вроде ниш. В свое время домик служил владельцу, может быть, школой или молельней.
Владелец был почитаем как святой также туркменами, которые в давние времена дошли и до этих мест. Поэтому Ханга-Баба сегодня свято почитается. Верующие, совершающие молитвы по углам этих развалин, и несколько верблюжьих черепов служат тому доказательством.
Возможно, что он сам посадил эти деревья или, по крайней мере, ухаживал за ними, так как вокруг домика есть следы культур, продолжающих расти, как известно, вот уже долгое время.
Несомненно, он пытался заниматься земледелием и, должно быть, вырыл в оврагах немалое число колодцев. Все это было настоящим благом посреди бесплодной степи, и уже этого было бы достаточно, чтобы заслужить благосло­вение потомков.
На прилегающих холмах и дальше в долине можно увидеть много могил. Видимо, следуя своему обычаю, киргизы предпочитали хоронить покойников рядом со святым. Киргизы не очень-то много знают о своих святых.
Они чтят в них то, что, по их мнению, заслуживает самого большего уважения. Когда у них спра­шиваешь, нет ли сегодня среди них или где-нибудь в Китае или Бухаре святого человека, в ответ слышишь «нет», что «время святых прошло».
Кто знает, был ли Ханга-Баба законодателем этих краев. Во всяком случае, он способствовал введению у киргизов хоть и неписаного, но закона, в течение долгого времени формировал их обычное право, которого затем стали придер­живаться во всей степи.
На этот счет нет никаких точных данных. Что бы там ни было, раз уж мы заговорили о могиле человека, почитаемого кир­гизами, будет уместно сказать несколько слов об обычном праве, по которому бии решали дела и выносили наказания.
Совершивший преступление или нанесший ущерб кому-то должен был дать удовлетворение или откупиться от наказания. Откуп, или плата за преступление или нанесенный ущерб, воистину цена крови, у киргизов называется «кун».
Как всякий откуп в степи, этот «кун» должен выпла­чиваться в овцах. Так, по всеобщему признанию, преднамеренное убийство султана оплачивалось в 1500 или 2000 овец. За убийство бия - 1000 и т. д.
Число овец за убийство постепенно умень­шалось вплоть до минимальной платы, полагав­шейся за убийство бедного байгуша. За убийство жены киргиз платил как за убийство чужеземца.
Жена, убившая своего мужа, заслуживала смерти, то же самое за отцеубийство.
Киргиз, убивший мать, платил за это как за убийство чужестранца. Детоубийство не наказывалось. Суд и кара за это возлагались на бога. Кун платят самым близким родственникам и наследникам жертвы. Но если они не хотят его принять, требуя смерти убийцы, то состоится суд.
В этом случае дело заканчивается дуэлью на холодном оружии между лицами, назначенными судом, и, чаще всего, один из дуэлянтов остается на  поле  боя. Вот  каким  образом  определяется такса за нанесенные раны: раны, повлекшие потерю зрения, слуха или же калечение рук и ног, потерю зубов приравниваются к лишению жизни.
Тот, кто нанес другому эти 5 видов увечий, должен заплатить кун в пятикратном размере, как за убийство. Но прежде он должен вылечить пострадавшего за свой счет. За смерть от нанесенных ран дается откуп как за рядовое убийство. За каждый отрезанный палец дается кун в 100 овец.
Укравший должен вернуть краденое и, кроме того, заплатить штраф: 9 голов скота и часть своего имущества по указанию бия. В то же время обворованный не может оставить себе стоимость штрафа, тем более отдать его родствен­никам.
Он должен раздать все это чужим или же родственникам обвиняемого. Оскорбления и побои также оплачиваются подарками, которые оскорбленный не может оставить себе. Киргиз, принудивший жену другого бежать с ним, должен возвратить жену ее мужу и вдобавок заплатить девятую часть своего имущества.
Если жена, избегая своего мужа, живет с другим, то при обращении мужа к бию ему возвращают жену, а виновный несет публичное наказание. Все же во всех этих случаях чаще всего обходятся без судей, пострадавший сам мстит за себя.
После смерти мужа жена обязана выйти замуж за одного из близких родственников покойного. То же самое распространяется и на невесту, жених которой умер, не выплатив весь калым, или же если он сослан за преступление.
Женщины, имеющие взрослых детей, свободны от таких обязательств. В 15 лет киргиз считается совершеннолетним. После смерти отца естествен­ным опекуном детей считается мать, а в случае смерти и матери опека над детьми и имуществом переходит к самым близким родственникам.

Ханга-баба.

Источник и рисунки:
Бронислав Залесский. «Путешествие в киргизские степи». 1865 год.