You are here

Home » Восточно-Казахстанской области памятники. Наскальные изображения Казахстана.

Погребальное сооружение Берельского кургана.

Поездка из Усть-Каменогорска в Аягоз.

«Путешествуя в Азии, ночуя в чужих домах,
в избах, банях, лабазах - в бревенчатых теремах,
чьи копченые стекла держат простор в узде,
укрывайся тулупом и норови везде
лечь головою в угол, ибо в углу трудней
взмахнуть - притом в темноте - топором над ней,
отяжелевшей от давеча выпитого, и аккурат
зарубить тебя насмерть. Вписывай круг в квадрат.»

Иосиф Бродский. «Назидание».

Достопримечательности Берельских курганов.

Величина кургана, который стал объектом наших основных исследований 1998 - 1999 г.г. (диаметр кургана более 30 м, первоначальная высота более 2 м), позволила отнести его к захоронению человека, имевшего при жизни высокий социальный статус, вероятно, представитель высшей кочевой аристократии.
Сам курган представляет собой сложное архитектурное сооружение, каждый конструктивный элемент которого выполнял строго определенную функцию. Огромная насыпь кургана является не просто хаотичным навалом камней, а состоит из нескольких слоев специально подобранных плит, валунов и галечника различного размера.
Возведение наземной части погребального сооружения являлось довольно трудоемким процессом. Его величина, соответствующая социальному статусу погребенного, позволяет косвенно судить о численности соплеменников и подвластного населения.
Сооружение элитарных курганов свидетельствует также о строгой иерархии и высокой социальной организованности коллектива. Какой титанический труд был затрачен хотя бы для того, чтобы доставить к месту погребения необходимое количество камня: нужно было спуститься далеко вниз по обрывистому берегу к реке и подняться к ближайшим скальным выходам, расположенным на крутых склонах.
В основании насыпи зафиксированы платформа из массивных плит, ограда из вертикально поставленных каменных плит, которые выполняли не только практическую функцию, но и наделялись особым семантическим значением – в кургане воплощалась универсальная модель окружающего пространства – Космоса.
Под насыпью кургана в могиле, перекрытой жердями, находился лиственничный сруб, сооруженный в три венца из толстых деревянных плах: в пазы продольных вставлялись поперечные плахи. Сверху он был накрыт массивными плахами, большими полотнищами бересты с прослойкой веток курильского чая.
Погребальная камера-сруб представляла собой довольно просторное помещение размерами 3,43 х 1,85 х 1,26 м. Дендрохронологами установлено, что некоторые из бревен погребальной камеры были заготовлены заранее и не исключено, что они использовались в жилом помещении задолго до погребения.
Внутри сруба, на вымощенном плитками зеленого алевролита дне могилы, была установлена колода. Ее изготовили из цельного ствола вековой лиственницы, а поверхность тщательно загладили и обработали, возможно, особыми веществами, оберегающими древесину от гниения.
С четырех сторон колоды, на торцах, находились проушины, при помощи которых она была опущена в погребальную камеру. Сверху колода закрывалась крышкой, по углам которой были помещены четыре бронзовые с позолотой массивные фигуры птиц – своего рода ангелы-хранители, выполнявшие функцию символической охраны умершего.
В колоде находились останки мужчины, предположительно, 35 - 40 лет, к которому позже былаподхоронена женщина. По предварительному заключению антропологов она была несколько старше мужчины. Головы умерших покоились на деревянной подушке.
Сложная высокая прическа вождя состояла из двух косичек. Установлено, что при жизни он носил бороду и усы. В теменной части черепа мужчины зафиксирован пролом, нанесенный во время сражения, предположительно, палицей.
Вероятно, вождю-воину пытались оказать медицинскую помощь с целью извлечения из раны осколков костей и сгустков крови, о чем свидетельствуют следы незавершенной трепанации. Скорее всего, благодаря мужеству и отваге он стал во главе конфедерации алтайских племен.
О его боевых подвигах свидетельствуют многочисленные сросшиеся переломы ребер и позвонков, полученные в разные периоды жизни. Как уже упоминалось, в погребальной практике древних кочевников существовал сложный ритуал, предполагающий сохранение тела умершего в неизменном состоянии до того момента, когда его можно будет захоронить.
Это диктовалось религиозно-мифологическими представлениями. Для достижения этой цели, с помощью специальных трав, ароматических веществ, тела особо почитаемых персон подвергались бальзамированию.
Погребенные были облачены в роскошные одежды, которые затейливо были расшиты удивительными композициями, составленными из бирюзового бисера, нашивками из тончайшей золотой фольги.
Богатство и роскошь одежды подчеркивают высокий социальный статус погребенных, который сохранялся и после смерти. Рядом с колодой, в головах на деревянном блюде-столике и в нескольких сосудах – в двух керамических и роговом сосуде – находились еда и питье.

В национальном историческом музее в Астане. Восстановленные экспонаты с Берельских курганов.Окрестности Берельских курганов.В национальном историческом музее в Астане. Восстановленные экспонаты с Берельских курганов.В национальном историческом музее в Астане. Экспонаты с Берельских курганов.Окрестности Берельских курганов.Окрестности Берельских курганов.В национальном историческом музее в Астане. Восстановленные экспонаты с Берельских курганов.Окрестности Берельских курганов.В национальном историческом музее в Астане. Восстановленные экспонаты с Берельских курганов.

Источник:
http://old.unesco.kz/heritagenet/kz/content/history/monument/berel/text3.htm

Фотографии
Александра Петрова.