«С сего времени сделались они его подданными, которых на первой случай доказательстве повиновения видно в том, что они неоднажды уже участвовали в помощи Ташкентцам против их неприятелей. Число сих Киргиз-Кайсаков, ежели и превосходит, то и не менее числа Ташкентцев.

«Шестое предание производит киргизов от ногайцев, на Волге кочевавших, и говорит, что предками их были три брата, бежавшие в нынешнюю киргизскую степь тогда, как войска российские взяли Астрахань. От сих трех братьев произошли три орды.

"А приезд де к ним из Тобольска тою ж одною дорогою чрез камень, а вверх по Сырту от Туркестана до города Сайрану ходу три дни, а смежен с Юркенскими городами; а в третью де сторону на запад к Бухарии за Сырт-реку кочевья до четвертаго колодца на четыре днища, а в четвертую де сторону от Туркестана на восток по Талаши-реке все кочевья казацкия; а городов нет, ходу де до них шесть дней, смежны с калмыцким Араптаном.

«Кстати, говоря о еде, я должен сказать, что, благодаря нео­быкновенной любезности и предусмотрительности семейства Полторацких, мы были совершенно избавлены от всяких хлопот касательно стола: нас пригласили обедать раз навсегда у них, и если кто за недосугом не мог явиться, тому посылалось кушанье на дом.

«Некоторые киргизы почитают себя выходцами из Крыма и говорят, что причиною переселения их в нынешние земли была ссора, возникшая между сыновьями крымского хана Кундугура после его смерти. Он имел, по их словам, двух жен, и от обеих оставил детей. Сыновья старшей жены обидели при разделе наследства семерых сыновей младшей жены, отчего сии последние удалились из отечества своего в степь и соединились с 33 подобными им изгнанниками.

«Так как соседями нашими у этих рубежей были китайцы, то не было ни надобности, ни прямой возможности переходить эту границу, вдоль которой уже устанавливалась значительная торговля, достигавшая, напр., в Чугучаке до 1.200.000 рублей в год. Но в 1860 году был заключен в Пекине трактат, по которому вся эта граница подлежала переделке или по крайней мере пересмотру и точному обозначению на местах. Этим обстоятельством воспользовались местные власти в Омске, чтобы потребовать от китайцев уступки всех земель по обеим сторонам Зайсана.

«Co стороны Джунгарии 1855 год застал русскую границу в следующем виде. Начиная от верховьев Каркары в Небесных горах она шла вниз по этой речке и потом по Чарыну до Или, пересекала эту реку и тянулась потом но вершинам хребта Джунгарского Алатау до меридиана Чугучака, вдоль по которому пересекала Тарбагатай и достигала западного конца озера Зайсана.

«Озеро Зайсан почти все лежало в китайских пределах, а граница к северу от него шла по Иртышу до устья Нарыма, а потом по этой речке и по вершинам Алтая. Так как соседями нашими у этих рубежей были китайцы, то не было ни надобности, ни прямой возможности переходить эту границу, вдоль которой уже устанавливалась значительная торговля, достигавшая, напр., в Чугучаке до 1.200.000 р. в год.