Туры в горы Тянь-Шаня.

«От верха подъема, говорят, до самого Чахрхорума лежит обширное плато, известное у киргиз под названием «Сырт». Надо полагать, «Сырт» имеет абсолютную высоту более 7 тысяч футов, это доказывает снег, постоянный холод (земля всегда мерзлая) и редкий воздух, что при дожде и буране бывает опасен для скота и людей. Я уже говорил, что, поднявшись по заукинскому ущелью, мы вышли на болотистую долину, над которой возвышались незначительной величины горы, покрытые вечным снегом. Это и есть обширное плато «Сырт». Все это пространство покрыто кочками и водой, так что верблюды и лошади шли с большим трудом».

«Кашгарский дневник. Вершина Заукинского прохода». Чокан Валиханов. 1858 год.

«Перед путешественниками расстилалось обширное плоскогорье - сырт, по которому разбросаны были небольшие полузамерзшие озера, расположенные между относительно уже невысокими горами, однакоже, покрытыми на вершинах вечным снегом, а на скатах - роскошной зеленью альпийских лугов. С верши­ны одной из таких гор путешественники видели очень отчетливо текущие из расстилавшихся у их ног сыртовых озер верховья притоков Нарына, главный исток которого находился к В. Ю. В. отсюда. Таким образом, впервые были до­стигнуты европейским путешественником истоки обширной речной системы Яксарта.»

П. П. Семенов. «История полувековой деятельности Русского Географического общества».

Географические достопримечательности Тянь-Шаня.

Широтная, высокогорная долина Арабель расположена на высоте: в западной части от 3822 до 3858,6 м. н. у. м., в центральной части на высоте от 3752 до 3779,1 м. н. у. м., в восточной части до 3689,9 метров над уровнем моря, находится между южными склонами хребта Терскей Ала-Тоо и между северными склонами хребтов Джетым-Бель и Соок в Джеты-Огузском районе Иссык-Кульской области. 

Топоним Ара-Бель означает перевал, разделяющий два места, в данном случае горы Терской Ала-Тоо и Внутренние хребты Тянь-Шагя – хребты Жетим-Бель, Соок, Ак-Шийрак и далее к высокогорным сыртам долины Нарына.
Название Ара-Бель состоит из двух слов: «ара», что означает промежуток или расстояние между двумя местами, и «бель» (бел) - перевал.
Протяженность долины с юго-запада на северо-восток составляет 22 километров, ширина в западной части достигает 4 километров, в центральной 8 километров, в восточной 3,5 километров. Площадь высокогорной долины Арабель равна 105,52 кв. км., периметр равен 67,54 километров.
В долине находится более 15 крупных озер, среди них группа озера Джашыл-Кель: Западный Джашыл-Кель, Южный Джашыл-Кель, Северный Джашыл-Кель, Центральный Джашыл-Кель,. здесь же более 15 мелких озер. 

Рельеф высокогорной долины Арабель.

Представлен сыртами, широкими пологими долинами, окаймленные гора­ми, иногда крутосклонными. На некоторых тюркских языках «сырт» значит «спина». Долина Арабель – остаточная, реликтовая форма, сохранившаяся от древней равнинной с нивелированной страны, которая в третичный период подвергалась горообразовательным процессам, и отдельные массивы при этом были сильно подняты. 
В долине Арабель всегда холодно, даже в короткое лето, зима длинная и суровая, ландшафт уныл, неприветлив, расти­тельность большей частью низкорослая и жесткая и только местами зеленая и густая. Скот пригоняют сюда, как прави­ло, только летом, но нередко на южных склонах, в тех ме­стах, где выпадает мало снега, практикуется и зимний вы­пас. 
Многочисленные ледниковые валуны и морены покры­вают часть поверхности долины. Здесь много небольших блюдцеобразных озер, обычны заболоченные территории – по местному «сазы». Мерзлые грунты не пропускают воду в нижележащие горизонты, поэтому вода, собираясь в пологих котловинах сырта, где испарение очень слабое, заболачивает поверхность.
В долине Арабель снег бывает и в летнее время, это явление нередкое. Иног­да сильные снегопады и морозы поражают пастбища еще в самом начале осени. Поверхность долины слегка (на 7 - 10°) наклонена к югу, к истокам Большого Нарына - рекам Арабель, Сарычат, Тарагай.
Плоские и неглубокие речные долины и широкие всхолмленные впадины чередуются со сглаженными междуречьями и невысокими хребтами. Рельеф и весь облик долины Арабель сформировался в результате древнего мощного оледенения, повсюду видны его следы: морены, вросшие в землю, крупные валуны, бараньи лбы, множество заболоченностей, небольших (менее 1 кв. км.) неглубоких озер с топкими низкими берегами и болот.
Вечная мерзлота здесь тоже остаток древнего оледенения, она широко распространена на высоте более 3400 м. н. у. м., верхняя граница ее лежит в почве на глубине 1-1,3 метров. Препятствуя просачиванию и стоку грунтовых вод, вечная мерзлота способствует образованию заболоченностей.
Господствующие западные ветры, переваливая через Терскей-Алатау, оставляют влагу воздушных масс на северном склоне хребта и попадают на сырты в значительной степени обезвоженными. Это обстоятельство в сочетании с большой высотой сыртов обусловливает суровость и сухость климата: умеренно теплое лето и умеренно суровую, почти бесснежную зиму. 
Выпадает 150-350 мм осадков в год. Летом каждую ночь бывают заморозки. Днем дует сильный ветер, затишье бывает только утром и вечером. На сыртах неблагоприятные условия существования ледников на склонах южной экспозиции уравновешиваются суровостью климата больших высот.
Долина Арабель область распространения своеобразных ледников плоских вершин, они не имеют ни выработанного ложа, ни скалистого обрамления, а потому лишены каменного материала и не образуют крупных морен. Такие ледники покрывают шапками небольшие, округлые, не затронутые эрозией вершины, питаются за счет атмосферных осадков и имеют мощность 100-150 метров.
Снежная линия на хребтах Терскей Ала-Тоо.

Вот как описывает высокогорную долину Арабель В.И. Липский после спуска с перевала Джукучак в 1903 г.

«По ту сторону перевала Заукучак картина была неожиданная. Спустившись с перевала, сразу попадаешь в каменистую страну: вся эта местность к югу от перевала состоит из обломков пород левой (восточной) стороны, которая вся как бы превращается в развалину.
И вся эта каменистая страна полна воды: то ручьев, то озер, то тающего снега. Такова лежащая внизу долина, которая, не смотря на высоту, благодаря южному положению, почти не имеет снега. Лишь справа (т.е. к западу) на известной высоте виднеется значительный снежный склон с фирняком.
Вообще же высоты по обе стороны долины мало имеют снега. Если несколько отъехать и спуститься, то и слева уже сзади себя, т.е. ближе к перевалу, видишь падающий 2 увалами снежник, а может быть там есть и лед. Такова была картина, не особенно веселая, начала сырта.
Вдали, прямо к югу, виднелся целый снеговой хребет, который мне киргизы назвали Аравёль, и значительное туманное пространство. На этом кряже Аравель было много снега, но ледники очевидно совсем незначительны; все его ущелья, обращенные к северу или почти к северо-западу, закрыты снегом.
Этот кряж, несмотря на свои снега, казался совсем не высоким и производил очень мрачное впечатление, темными ли своими породами или вследствие других причин. Замечу, что уже был вечер (с перевала мы спу­скались в 6 ч. в.) и вообще освещение всей местности было какого-то странного колорита.
Как я уже упомянул, вся эта долина, лежащая между неприветливыми возвышенностями с обеих сторон, была обильна водой. Русло реки сразу же, т.е. почти от перевала, стало широким. Река, еще совсем незначительная, почти от перевала уже разделяется сразу на ряд протоков, но мелких, тихих.
Кроме того, по берегу реки и вообще в долине (точнее в ущелье) рассеяно множество мелких озер, частью соединяющихся с рекой, а частью лежащих отдельно. Они легко переходимы вброд. Эти лужи, болотца, приходилось переезжать много раз, или, вернее, ехать по ним все время.
Растительности здесь почти совсем нет. Лишь кой-где виднеются мелкие Fleurogyne carinthiaca Grieb., Smelowskia calycina сам. Erigeron aurantiacus Rgl. с оранжевыми цветками, Sibbaldia tetrandra Bge. Ниже местами пошли кочки, какие бы­вают на болотах и в средней России; тут растет много какой-то осоки (Сатвх), но видна была только зелень, трава.
Склоны гор по правой стороне (мы ехали все время по правой стороне реки) не особенно каменисты и, что ориги­нально, на гребнях их часто можно видеть крупные ока­танные валуны. Вообще эта потертая, еще не освободив­шаяся от зимних оков страна производила такое впечатление, будто она есть результат очень почтенной леднико­вой деятельности.
Однако постепенно все более темнело, становилось очень прохладно, а конца этой кочковатой и часто непроходимой болотистой местности не было. Мы спускались постепенно все ниже, поворачивая более к западу. Высокогорная до­лина расширялась.
Наблюдать в темноте уже было нечего. Лишь снеговой хребет Аравель с его темными породами, представляющими сильный контраст со снегами, освещен­ный последними лучами солнца, получил какой-то удивитель­ный фантастически красноватый оттенок.
Когда мы въехали в более расширенную долину, то отсюда снега были видны со всех сторон; точно мы окружены снеговым кольцом сверху. Несмотря на темноту, нельзя было не заме­тить, что местность, где мы ехали, была довольно ориги­нальна.
Мы постепенно спускались куда-то вниз по покатой, мало наклонной плоскости, то травянистой, то каменистой, то по-видимому совсем, голой, а местами топкой, болотистой. До­вольно шумные потоки текут откуда-то сверху по совер­шенно слабому наклону.
Когда я с рассветом следующего дня (15 июля) под­нялся, то оказалось, что вся земля была покрыта инеем: был форменный мороз. К сожалению, я до 5 ч. у. не догадался поставить термометр, а когда солнце взошло (после 5 ч. у.), термометр показывал только 0°.
Высота места была, вероятно, около 12.000', или, вернее, 11.000-2.000. Мы ночевали как раз против гор Аравель (Арабель); против нас по той стороне речки, которая также назы­вается Аравёль, несомненно, был ледник, правда, совсем закрытый теперь, и ряд снежников (а может быть и ледников).
Я не мог решить, какой это будет ледник, но, при­норовляясь к карте, мне казалось, что это, быть может, ледник Петрова. Поднявшись несколько вверх от реки, мы въехали на тот невысокий мягкий водораздельный отрог, который отделяет р. Аравель от р. Джак-су.
Речки этой, собственно, не было видно, но течение ее было слышно. Здесь на этом отроге, очень невысоком и покатом, было суше и растительность лучше; тут был свободный широкий вид. Собственно, это была высокогорная широкая долина, лишь значительно вол­нистая.
И здесь, как и раньше, попадались валуны, иногда колоссальных размеров. Еще было рано, вся мелкая расти­тельность была покрыта инеем, а потому вся картина мест­ности была очень оригинальна. Так двигались мы довольно долго, пока не начали спуск в ту долину, где р. Аравель (она же Большой Джак-су) сливается с Джак-су.
Здесь травянистая растительность стала гуще и лучше. Тут же были и киргизские кочевки. Переменив здесь лошадей, мы двинулись дальше вдоль реки Большой Джак-су, причем эту многоводную реку нужно было пересечь. Долила реки сузилась почти в ущелье.
Слева шел темный и вместе с тем блестевший отрог (от слюдистого сланца), а справа вдали виднелся высокий береговой отрог, постепенно пустынный и дальше, как бы глинистый, осыпчатый. На песчаном русле Большого Джак-су я нашел довольно богатую и интересную растительность.
Дальше местность привяла удивительный характер. Совсем не было видно, что находишься на большой высоте. Почва становилась светлее, появились пески, растительность стала жиже, появились озера и озерки.»

В.И. Липский. «Флора Средней Азии, т.е. Русского Туркестана и ханств Бухары и Хивы».1902-1903 г.г.

Географические координаты высокогорной долины Арабель: N41°50'54 E77°46'00

Источник:
Александр Петров.
Б.И. Рукавишников. «Озеро Иссык-Куль и хребет Терскей Алатау». Москва, «Физкультура и спорт», 1970.
«Годы исканий в Азии». Мурзаев Эдуард Макарович.

Фотографии:
Александра Петрова.